Регионы с ГЭС и без ГЭС
Информационное письмо — Тематическое сообщество по проблемам больших плотин Тема: Нужен эксперт по малым ГЭС |  |
Здравствуйте!
На портале размещен обзор по одной из ключевых тем «Белой книги», посвященный сравнению развития регионов с ГЭС и без ГЭС. Весной этого года по итогам тендера мы заказали исполнение задания ульяновскому историку Е.А. Бурдину, который, в качестве обоснования своей заявки, предоставил несколько своих статей и специально подготовленный материал. Одновременно порталу было предоставлено право публикации сравнения регионов с крупными энергетическими станциями и без таковых, подготовленного эколого-энергетическим рейтинговым агентством Интерфакс-ЭРА. Основу для сравнения составили материалы оценки потенциала устойчивого развития всех субъектов Российской Федерации и составления соответствующего рейтинга.
Объединение материалов Е.А. Бурдина и Интерфакс-ЭРА формирует основу представляемого Вам обзора.
В статье «Устойчивое развитие регионов с ГЭС и АЭС и без таковых: объективное сравнение» проведено сравнение регионов, на территории которых были построены ГЭС и связанные с ними водохранилища, а также подобные им энергетические объекты (АЭС), и тех, где отсутствуют ГЭС и АЭС и нет значительного изменения гидрорежима рек. Выполненное сравнение показало принципиальную возможность получения ответов на вопрос о роли гидроэнергетического строительства в социально-экономическом развитии регионов. Формальный механизм сравнений позволяет если не поставить точку в спорах о роли ГЭС, то, во всяком случае, подвести черту под целым веером сравнений. Вот самые общие заключения, которые можно сделать на основании проведенных сравнений.
Влияние объектов гидроэнергетики по-разному сказывается на состоянии трех главных потенциалов развития регионов и их динамике в рассматриваемой 10-летней ретроспективе.Что касается состояния технологического комплекса, то очевидных позитивных или негативных зависимостей развития экономики от наличия гидроэнергетических станций не обнаружено. Промышленность и инфраструктура на Европейской части России, с одной стороны, и в Сибири и на Дальнем Востоке, с другой, имеют собственную логику развития. И факт наличия или отсутствия ГЭС или АЭС оказывает относительно слабое влияние на эту логику. Регионы, где доминирует сырьевой вектор развития, демонстрируют относительно худшие параметры эффективности и ее динамики, тогда как регионы с доминированием перерабатывающих отраслей – относительно лучшие, что и подтверждают наши сравнения.
Состояние и динамика жизнеспособности человеческих популяций в сравниваемых группах регионов определенно находятся под влиянием демографических процессов, связанных с возникновением вокруг мощных энергетических объектов крупных городов и промышленных комплексов. В начале своего становления они, безусловно, стягивали на себя относительно более мобильную и активную часть населения прилегающих регионов. Но к настоящему времени потенциал здоровья этого контингента естественным образом снизился, что и проявляется в сравнительно худших показателях динамики смертности в регионах с крупными ГЭС. Вероятно, относительным старением городского хозяйства связанных с ГЭС и АЭС агломераций можно объяснить и тот факт, что состояние и динамика экологических условий жизни в регионах без влияния ГЭС (АЭС) устойчиво более позитивна, чем в регионах с развитой энергетикой.
Сравнение всех параметров, характеризующих состояние природного потенциала, свидетельствует о более агрессивном отношении к природной среде в регионах с ГЭС (АЭС) и их влиянием на гидрорежим в настоящее время, а также в краткосрочной и исторической ретроспективе. Это вряд ли может кого-то удивить, если учесть, что и ГЭС, и АЭС создавались в целях быстрого и широкомасштабного индустриального развития.
Сравнение регионов с их реальной демографической, хозяйственной или природной ситуацией позволило вычленить и предъявить обществу те закономерности, которые пробиваются через информационный шум великого множества случайностей, особенностей или совпадений. При этом результатом являются не только обнаруженные зависимости, статистически сопряженные следствия, но и их отсутствие или слабая выраженность. Это позволяет отметать не подтверждаемые статистикой обещания светлой жизни, экономического рывка или процветания природы при выборе вариантов развития энергетики в будущем.
В статье Е.А. Бурдина «Разработка планов хозяйственного освоения водных ресурсов Волги в 1930-36 гг.» (214 Kb), ж-л ВИЕТ, №3, 2010, с.116-135 на основании ряда ранее не опубликованных архивных материалов рассматривается история возникновения и начального этапа развития плана коренной реконструкции Волги, получившего название «Большая Волга».
Показано, что до 1930 г. Волга рассматривалась в Москве главным образом как транспортная артерия. Однако в начале 1930-х гг. в центре начинают рассматривать Волгу не только как важный водный путь, но и как потенциальный источник электроэнергии и воды для ирригации засушливых районов Поволжья и водоснабжения столицы.
В ходе разработки концепции реконструкции Волжского района энергетики констатировали возможность двух принципиально различных подходов:
- сооружение в верховьях рек бассейна Волги гидроузлов, частично перекрывающих его водоразделы, а также строительство Волго-Донского канала с устройством водохранилища на Дону и т. д.;
- возведение нескольких больших гидроузлов на Волге.
В статье подробно описаны альтернативные проекты, активно обсуждавшиеся при создании плана освоения Волги.
В материале Е.А. Бурдина «Влияние гидроузлов на социально-экономическое развитие» (310 Kb), присланном специально для публикации на портале, на примере ГЭС Волжского каскада с использованием огромного количества фактических данных из разнообразных источников анализируется степень решения задач, решить которые планировалось в результате его строительства.
Задача первая - обеспечить снабжение большим количеством дешёвой электроэнергии районы Центра, Поволжья и Урала, в первую очередь, промышленных предприятий.
Ввод в эксплуатацию Волжской ГЭС на полную мощность в 1962 г. способствовал ликвидации дефицита электроэнергии, она приобрела большое значение в энергоснабжении Нижнего Поволжья и Донбасса, объединив крупные энергосистемы Центра, Поволжья и Украины. Одновременно Волжская ГЭС покрывала энергопотребности промышленности Нижнего Поволжья, при этом вытесняя рабочую и резервную мощность теплоэлектростанций. Однако, в начале 2000-х гг. удельный вес электроэнергии каскада составлял всего 6,2 % от общего количества, вырабатываемого в регионе.
Задача вторая - улучшить условия судоходства на Волге, создать непрерывный водный путь с гарантированными глубинами 3,6 – 4 м в пределах её основного течения.
Сооружение в 1930 – 1980-х гг. гидроузлов Волжского каскада привело к образованию в Европейской части СССР единой водной системы речных путей с гарантированной глубиной 3,65 м почти на всём протяжении водохранилищ, общей длиной около 4000 км. В результате в 1950 – 1980-е гг. наблюдалась устойчивая тенденция значительного роста перевозок грузов по волжскому пути. Общий грузооборот увеличился в 13,8 раза, а перевозки пассажиров с 1930 г. по 1990 г. в 6,6 раза.
С другой стороны, появление озёрного характера плавания и волн высотой до 2,5 м и т.д., потребовало осуществить коренную перестройку речного хозяйства, что в будущем может свести к минимуму транспортное значение Волжского каскада.
Задача третья - на базе гидроэлектроэнергии и огромных запасов воды в водохранилищах обеспечить орошение и обводнение больших площадей засушливых земельных угодий Поволжья.
Намеченные проектные показатели ирригации, главной целью которой была компенсация продуктивности затопленных земель, не были достигнуты, и – судя по расчетам – и не могли быть достигнуты.
Задача четвертая - снабдить необходимым количеством воды промышленность и населённые пункты, как ни странно, также не была решена. Уже в 1961 – 1970 гг. в Поволжском экономическом районе увеличился дефицит водных ресурсов.
Гидроэлектростанции сыграли роль системообазующих факторов, определивших облик районов их сооружения. В результате их строительства в регионах появлялись новые центры народнохозяйственного развития за счёт возведения новых жилых городов и посёлков с объектами коммунально-бытового обслуживания, подъездных железных и шоссейных дорог, линий связи, объектов индустрии, а также организации больших коллективов гидростроителей, которые вели сооружение различных предприятий и для других отраслей экономики. Особенно следует подчеркнуть роль волжских гидроузлов в создании крупных баз строительной и промышленной индустрии и значительного жилого фонда.
Наряду с положительной стороной этой тенденции экономисты отмечали и отрицательную: «…крупная строительная база, которая в процессе дальнейшего строительства продолжала значительно наращивать свои мощности, всё больше становилась консервативным элементом размещения производительных сил, так как способствовала концентрации промышленного производства и людей в масштабах, иногда значительно превышающих оптимальную «ёмкость» данной территории со всеми вытекающими отсюда последствиями внешнего и внутреннего характера…». Главными из них являлись увеличение расстояний доставки сырья и вывоза продукции, ухудшение условий эксплуатации предприятий и условий проживания населения.
С другой стороны, процесс крупномасштабного сооружения гидротехнических объектов ускорил необратимое разрушение традиционного уклада жизни и сложившейся системы «долинно-пойменного» расселения и сельскохозяйственного производства, затопление большого количества земельных угодий. Больше всего пострадала кормовая база отечественного животноводства. В итоге до сих пор сельское хозяйство многих регионов Волжского бассейна испытывает серьёзные трудности в кормах.
Дополнительные материалы и комментарии по обсуждаемой теме можно направлять модераторам сообщества whitebook@russiandams.ru.
С уважением,
Святослав Игоревич Забелин (модератор Тематического сообщества)
Мартынов Александр Сергеевич (координатор проекта)
